Стоило компьютеру самоходки принять решение об обороне подопечных, как из корпуса выдвигалась вертящаяся башенка с торчащими из нее стволами смертоносных систем - от лазера до установки, выбрасывающей струю сжатой силовым полем всесжигающей плазмы. Выбор оружия, наиболее эффективного в конкретных условиях, занимал доли секунды. Затем самоходка открывала!! огонь, и не было случая, чтобы она промахнулась. Рядом с этими совершенными орудиями уничтожения как-то особенно миролюбиво выглядели приземистые лобастые вездеходы - незаменимые "рабочие лошадки", постоянные спутники землян на далеких планетах. У них тоже было немало достоинств. Достаточно сказать, что человек, оказавшийся в полностью блокированном вездеходе, мог прожить не меньше месяца, а в лучших случаях (если снаружи были вода и кислород) - и два-три. Мимо Родриго, выпятив широченную грудь, разболтанной походкой прошел Кен Дайсон из группы Ермолаева - почти двухметровый американец, получивший у десантников прозвище "Шкаф". Он сосредоточенно жевал резинку - этот процесс, казалось, занимал его гораздо больше, чем предстоящий рейд. Затем появился сам Ермолаев. Увидев Родриго, он подошел к нему и уже собрался в своей обычной манере хлопнуть по плечу, но тот, внезапно пригнувшись и крутанувшись на пятке, увернулся от здоровенной пятерни русского. Не ожидавший этого Филипп на мгновение застыл с занесенной рукой, затем до него дошел комизм ситуации, и он засмеялся: - Ну, молодец, Красавчик! Не теряешь реакции! Родриго, разумеется, не полез за словом в карман: - Поупражняйся лучше на местных обитателях, Фил! Если, конечно, они не попадают с ног от твоих знаков внимания. Раздался дружный гогот - забыв предписанное Уставом благоговение перед начальством, десантники по достоинству оценили шутку. - Смейтесь, черти, - беззлобно произнес Ермолаев. - Отводите душу, пока вы здесь, на поляне. В лесу вам будет не до смеха. В дверях базы появился Эрикссон. И сразу всякое панибратство кончилось.