Шуруп все верно рассчитал — замерев на месте, выждав до последнего, со снайперской сноровкой кинул гранату в ноги псевдогиганту за какой–то десяток метров, при этом падая ниц.

Да только не рассчитал одного — что вырвавшийся из облака дымного взрыва мутант на перебитых изорванных ногах пробежит еще какое–то время — и рухнет уже после того, как раздавит Шурупа.

У него не было времени переживать этот факт, нужно было что–то делать с псами — те, сильно прореженные схваткой с тварью и автоматными очередями, не унимались.

Живое кольцо смыкалось вокруг людей, запах, исходящий из оскаленных пастей, напоминал вонь разрытой могилы. Наверно, так пахнет Ад.

Он отбросил выпуливший последний магазин АК и вырвал из кобуры почти бесполезный пистолет.

Вдруг прямо в гущу собак упали два предмета, вылетевшие из–за его спины, он успел разглядеть два ребристых корпуса «лимонок» — Паленый, видать, израсходовал неприкосновенный запас, какой таскают с собой те сталкеры, что поумнее.

Он уже не помнил, заорал ли он «Ложись!» или это ему почудилось…

Грохот сдвоенного взрыва, заложившего уши, рой осколков над головой, упавший буквально в метре от его носа кусок кровавого мяса с куском шкуры… Паленый не ошибся — его гранаты упали прямо в гущу псов.

Потом он приподнялся на четвереньки, проводив взглядом спины и хвосты обращенных в бегство потомков «друзей человека».

Вслед им плюнул короткую очередь «бизон» — Паленый был жив… Двое из четырех уцелевших после такого — это хороший результат для Зоны.

Кондор потянулся за новой сигаретой… и тут ощутил, как его разбирает смех… Хохот прорвался наружу, перехватывал горло, перегибал пополам… Третий раз за все сталкерские годы с ним случилась истерика…

— Кондор, Кондор, ты чего?! — кричал почти ему в ухо Паленый. — Кондор, все нормально, живы мы, живы! Кондор, да очнись! Кондор, сейчас все контролеры на твой гогот сбегутся… Да очнись ты!