Я выглянул в иллюминатор. Звёзды смотрели на меня приветливо, или это просто хорошее настроение так сказывалось? Не знаю, но хотелось ответить им улыбкой. Несмотря на наше беспокойное время, я наивно надеялся, что война не коснётся меня, надеялся, что все эти будущие пилоты вернутся домой. Наверное, я слишком оптимистичен для сегодняшнего дня, и пусть: если думать о плохом, для хорошего не останется времени. Верно?

Стыковка прошла незаметно: гравикомпенсаторы гасили всю инерцию. Я попрощался с Сергеем и пожелал ему удачи. Он мне ответил тем же. Салон понемногу стал освобождаться. Я внимательно вглядывался в лица курсантов, пытаясь понять чувства людей. Кажется, все они светились сдержанным ожиданием и деловитостью. Я их прекрасно понимал: не терпелось скорее вступить на палубу крейсера и сесть за штурвал истребителя. За весь полёт я так и не сумел увидеть ни одного крупного корабля: на Землю они никогда не садились. Такие корабли строились в космосе и для космоса.

На фоне черноты нельзя было разглядеть ни одного искусственного объекта. Только где-то далеко неестественно быстро перемещалась светящаяся точка. Наверное, ещё один челнок. Затем я осмотрел салон. Оказывается, на первом ряду сидел ещё один человек. Я не решился пересесть. Вообще пересадка запрещена, и я подумал, что лучше полюбуюсь видом космоса. Может быть, при развороте увижу Землю, ведь не могли же мы улететь далеко.

Ждать пришлось недолго. Картинка космоса начала двигаться, и я стал рассматривать появившуюся планету. Линия терминатора подходила к границам Европы. На севере было облачно. Океаны местами закрывали лёгкие перья туч. Отсюда они казались невесомыми. Незабываемое зрелище!

Звёздолёт я увидел издалека, когда он был величиной с половину иллюминатора. Величие и мощь человеческой цивилизации, труд сотен учёных, инженеров и рабочих... Его белый корпус завораживал взгляд. Острый нос и "крылья" говорили, что название рейнджеру дали не зря. "Звёздный Ястреб" имел утолщение в хвостовой части. Очевидно, энергетическая установка, системы энергообеспечения и двигатели занимали большой объём. Это было известной проблемой космического кораблестроения, что легко объяснимо: ходовая часть одна из самых важных.