- Не-ет! Двадцать месяцев...
Он не замечал, что карманный радиофон давно подает сигналы. Они казались посторонними и далекими, эти сигналы, похожие на крик испуганной птицы. Птица кричала громче, настойчивее, не давала сосредоточиться - и человек в конце концов услышал. Он достал из кармана радиофон, покрутил регулятор настройки. На маленьком - со спичечную коробку - экране появилось взволнованное лицо дежурного инженера.
- Ну? - спросил человек. Он не выносил, когда ему мешали думать.
- Простите, что я вас беспокою...
- Ну? - нетерпеливо повторил человек. Лишние слова всегда вызывали у него раздражение.
Инженер рывком снял очки, но сдержался и сказал почти спокойно:
- К вам приехал секретарь ученого совета академии.
- Ладно. Передайте... пожалуйста, передайте, что я на Южной аллее.
Человек спрятал радиофон, сел на край скамейки и устало потер глаза. Как только он переставал думать, сразу подступала усталость. Он посмотрел на Излучатель (отсюда был виден только конус) и беззвучно рассмеялся. В эту ночь он решил занимавшую его несколько месяцев проблему. Да, в системе магнитной защиты кое-что придется изменить. Но зато четыре года превратятся в двадцать месяцев. Это совсем мало: в десять раз меньше того, что уже прошло.
- Двадцать месяцев, - сказал он, пытаясь разглядеть вершину конуса. - Но я придумаю еще что-нибудь. Да и энергии будут давать больше. Значит, не двадцать, а только девять... или семь...
И он вдруг почувствовал, как гулко бьется сердце. Он всегда волновался, думая о том моменте, когда все будет готово. Но сегодня сердце билось слишком громко. Так громко, что он вздрогнул, явственно услышав его стук.
Это были шаги в глубине аллеи. Он обернулся, увидел женскую фигуру и встал.