-- Понятно,-- кивнул Своретта.-- Милорд, но вы не боитесь ввести в ваш дом незнакомца, да еще такого строптивого, как этот? Не создаст ли это еще большую опасность, чем та, которую вы пытаетесь избежать? Поскольку я отвечаю за безопасность, то могу заверить вас, что сохранить в тайне задуманное будет чрезвычайно трудно.

-- Своретта, мы ведь уже все обсудили,-- резко прервал его барон, не глядя на своего советника, как будто привык, что тот все время рядом.-- Может быть, в Динандаре действительно трудно сохранить в тайне весь этот маскарад, но в походе по провинции это будет намного проще. Я не хочу рисковать жизнью своего наследника, поэтому твердо убежден, что двойник ему крайне необходим. В наше неспокойное время, когда то тут, то там вспыхивают бунты и мятежи, моя единственная забота -- укрепить власть баронства в Динандаре. Мы должны сделать все, чтобы не допустить гражданской войны, -- Бальдр возвысил голос, как будто, произносил тронную речь. -- Моя власть здесь достаточно крепка, но когда закончится мой земной срок, ее переход к следующему поколению не должен вызвать никаких осложнений. А это возможно только при сохранении нашего рода, ведущего свое начало от моего священного предка Эйнара, к которому благоволили бессмертные боги! Ну, так как вы считаете, является ли жизненно важным для нас, чтобы жизнь моего единственного сына и наследника была сохранена?

Пылающим взглядом Бальдр окинул своих слушателей, хранивших напряженное молчание, которое, впрочем, тотчас же сменилось льстивыми улыбками и поклонами полного согласия. Однако барон, казалось, не удовлетворился зим и продолжал сверлить взглядом присутствовавших, выискивая какие-нибудь признаки сомнения.

Наконец, Своретта решился успокоить своего сюзерена:

-- Да, милорд, вы совершенно правы. Я полностью с вами согласен и могу предложить в поддержку вашей божественной миссии только одно -- свою жизнь,-- Для пущего эффекта он сделал паузу, склонившись в глубоком поклоне.-- Поэтому сделаю все возможное от меня, чтобы обеспечить успех этого плана,-Своретта еще раз поклонился и приник губами к протянутой руке барона.