Казалось, еще одно слово - и я получу в зубы.

- Полегче! Я тут знаю одно местечко, где не сразу плюют в рожу.

Он взял себя в руки и пошутил:

- Тогда стоит посмотреть. Это близко?

- В нескольких кварталах.

Мы пошли. Славная была ночка.

- Совсем незнакомый город, - говорил он. - Я-то сам из Ковингтона, штат Кентукки. Там и пьют дома, таких заведений у нас нет. - Видно, он имел в виду весь район трущоб.

- Тут неплохо, - сказал я. - Я здесь частый гость.

- Вон оно что! А у нас люди в ваши годы обзаводятся женами и детишками.

- Они и у меня есть, провались они к дьяволу.

Он засмеялся чистым детским смехом, и я решил, что ему не больше двадцати пяти. Я заметил, что он ни разу не споткнулся о выщербленные камни брусчатки. Я сказал ему об этом.

- Чувство равновесия, - ответил он. - Надо иметь его в избытке, чтобы стать космонавтом. Приходится подолгу торчать за бортом в скафандре. Никто и не представляет, как много. Пробоины... Пропадешь, коли своей точки не знаешь.

- Это как понимать?

- А... это трудно объяснить. Когда ты снаружи да потерял свою точку, значит - пропал, не знаешь, где коробка находится - так мы корабль зовем. А если чувство равновесия развито хорошо, ты вроде связан с кораблем, просто знаешь, где он, даже не дотрагиваясь. Стало быть, точка у тебя есть, можешь спокойно вкалывать.

- Надо думать, на свете немало вещей, которые трудно объяснить...

Он решил, что я пытаюсь сострить, и ухмыльнулся.

- Это Гендитаун, - сказал я немного спустя. - Здесь ошиваются отставники с железки. Вот мы и пришли.

Была вторая неделя месяца, когда пенсионные еще не кончились. Хозяин заведения Освияк шастал взад и вперед по комнате. "Потомки пионеров" на эстраде орали "Парень с Марса", а старина Падди Ши в центре отплясывал джигу. В правой руке он держал полную кружку пива, а левый, пустой рукав громко хлопал.

Мальчуган вылупился на дверь.