Все сразу зашевелились. Из домика КПП выскочил рядовой второго года службы Митя Фатюхин, рысцой подбежал к воротам. На последнем - прямом, как стрела - участке узкой грунтовки, ведущей к части 461-13 "бис", действительно появился грузовик марки "ЗИЛ" с кузовом, поверх которого был натянут брезентовый тент. Номеров отсюда видно пока еще не было, но народ и так знал, кто на нем едет. В часть возвращался ее командир, майор Громов, отбывший еще утром в Печенгу[5] за продовольствием и, возможно, зарплатой. От того, с какими вестями он вернется, зависело уже не просто умонастроение отдельных офицеров самого северного из подразделений ВВС, но и существование этого подразделения в целом, - Едет, едет! Грузовик приблизился к контрольно-пропускному пункту и остановился, не доезжая пары метров, хотя шлагбаум был поднят. Правая дверца кабины открылась, и на асфальт спрыгнул Константин Громов, майор и бессменный командир части 461-13 "бис". Одет он был в выходную форму офицера ВВС, несколько помятую после дороги. Сделав водителю отмашку рукой, после чего грузовик тронулся, заезжая на территорию, Громов направился к офицерам. - Что за митинг? - осведомился он недружелюбно. - Вам что, товарищи офицеры, заняться больше нечем? Он мог сказать что угодно. Например, "Сегодня отличная погода!". Или: "Мой дядя самых честных правил, когда не в шутку занемог:" Любая фраза, будь она хоть трижды нейтральной и ни к чему не обязывающей, сказанная тоном, подобным тому, с каким было произнесено: "Что за митинг?", расставляла последние точки над i. У Лукашевича опустились плечи. "Господи, - подумал старший лейтенант.