Просидев десять дней на орбите в тесной каюте, Беннетт воспринял отдых на Земле как настоящий пропуск в рай.

Он выехал из аэропорта, расположенного на окраине Лос-Анджелеса, и помчался по шоссе в пустыню. Корабль приземлился ночью, и до рассвета оставалась еще пара часов. Дорога уходила вдаль, освещенная набухшим шаром полной луны. Покрытый люминесцентным составом бетон сиял в ночи зеленым светом. В эпоху драконовской экономии энергии люминесцентные покрытия дорог заменили дорогостоящее освещение улиц. Из космоса, когда ракета пролетала над обеими Америками, освещенные солнцем дороги, пересекавшие западное побережье, напоминали вены на лбу у старого, но здорового патриарха.

Беннетт прибавил ходу, Наслаждаясь холодным ветром, овевающим лицо. Он то и дело прихлебывал из пачки свежий апельсиновый сок и думал о недавнем происшествии в космосе. Судя по всему, его более продолжительная, чем обычно, побывка на Земле будет своеобразной компенсацией за головомойку или штраф, которые ожидают его через десять дней, по возвращении на станцию. Он подумал о том, что надо бы поговорить по поводу изменений в условиях контракта и выторговать побольше отпусков на Землю. Он даже пофантазировал на тему, а не сменить ли ему работу и не подыскать ли что-нибудь более разнообразное.

Через два часа Беннетт проехал через город Мохаве, где лежал в больнице его отец и где Джулия работала дизайнером-пейзажистом. Население города, хаотично построенного в конце последнего столетия эко-чудаками, мечтавшими об экологически благоприятном обществе, выросло с годами за счет исхода из других городов работавших на дому специалистов, художников, компьютерщиков и интерактивных бизнесменов. Купола разной величины блестели в свете луны, словно огромные мыльные шары, между которыми были вкраплены оазисы садов и озер, а также высокие мачты, аккумулирующие солнечные лучи.