Беннетт вошел в залитую солнцем комнату, в которой стояла узкая койка, ряд медицинских аппаратов, модуль виртуальной реальности и кресло.

Его отец лежал на койке. Он всегда был высоким, внешне похожим на военного, но теперь, на пороге смерти, распростертый и готовый к уходу, он казался неестественно вытянутым скелетом, обтянутым кожей и лишенным всяческого достоинства. На нем был серый сплошной ВР-комбинезон и закрывавшие половину лица изогнутые очки. От костюма отходило столько проводов и трубок, что Беннетт не смог разобрать, какие из них идут к модулю BP, а какие качают кровь, плазму и лекарства в это стотрехлетнее тело. Рот у старика был открыт, из него сочилась слюна. Ребра то и дело вздрагивали, реагируя на какое-то событие в иллюзорном ВР-мире, и только благодаря этому было видно, что он еще не умер. Возле кровати попискивал кардиограф, отражая слабое биение сердца.

Беннетт сел. — Он так исхудал… — начал он.

— Он отказывается от пищи, так что нам приходится кормить его внутривенно.

Сэмюэлс протянул Беннетту ВР-очки:

— Наденьте их, пожалуйста, и я подключу вас к сайту вашего отца.

Беннетт надвинул очки на глаза. Комната исчезла во тьме. Наушники приглушили все звуки.

Он ждал, не совсем понимая, испытывать ли ему благодарность за го, что его избавили от реальной встречи с отцом, или страх перед тем, что его ожидает.

Его ослепила внезапная вспышка света. Когда глаза немного привыкли, он увидел широкую холмистую равнину, поросшую травой, среди которой там и сям виднелись роскошные жилые купола. Его поразила натуралистичность: панорама зелени и безоблачного голубого неба была так же реальна, как самые современные голографические изображения. Ему казалось, что он может протянуть руку и дотронуться до травы, росшей перед ним. Отец явно не поскупился на приобретение самых лучших программ.