Вот это да… — Генрих осуждающе покачал головой. — А я-то думал, что он не заходит ко мне потому, что занят важными делами…

Еще Капунькис говорит, будто без него Герой никогда не осилил бы Безе-Злезе, — вздохнул Бурунькис. — А когда я ему сказал, что это чушь, он выгнал меня из своего дома. Теперь мы не дружим.

— Вот как? Но ничего, я обязательно поговорю с малышом и объясню, что он кругом не прав.

— Обязательно поговори — тебя он послушает.

Генрих пролез вслед за глюмом в канализацию.

Кроме ужасного запаха, здесь было полно крыс. Кирпичная кладка в одном месте оказалась разобранной, и в дыре виднелся кусок стены, чье создание приписали себе римляне.

Все, пришли, — сказал Бурунькис. — Видишь, на стене выбит дубовый лист? Это печать друидов…

Послушай, Бурунькис, а почему мы не пошли через пещеру, где лежат Доспехи Героя? — вдруг спросил Генрих. Путешествие по канализации казалось мальчику подозрительным.

Ну… — замялся глюм. — Если честно, то король не знает, что ты придешь…

Сказав это, Бурунькис посмотрел на Генриха невинными глазами.

— То есть как это не знает? — насторожился Генрих.

— Видишь ли, Реберик Восьмой не хотел тебя звать, так как считает, что злоупотреблять могуществом Героя нехорошо. А кроме того, король убежден, что все проблемы в Малом Мидгарде нужно решать своими силами, а не звать кого-то со стороны… Ну, поэтому я решил привести тебя тайно, чтоб все подумали, будто Герой сам пришел, как только узнал об исчезновении принцессы… Ведь ты один из семнадцати Великих Рыцарей Берилингии… Злишься на меня?

Генрих промолчал.

Нет, ты скажи! — принялся настаивать глюм. — Бели считаешь, что я не прав, так давай повернем назад и обо всем забудем…