– Жить… – как эхо отозвалась Лера. – И получается у тебя?

– Не всегда, – рассмеялся Алексей, – но я стараюсь!

Ту-ту-ту-ту…

Перестук колес «Красной стрелы», Пулково и Быково, «На посадку приглашаются пассажиры…», телефонные автоматы, звонки, звонки, звонки – сумасшедшие полтора года. Запутанные переулки Москвы, набухающая водой невская волна, скамейки в скверах, а иногда – если очень повезет – неуютные одноместные номера с «удобствами» в коридоре и – постоянное ожидание требовательного стука в дверь. «Я люблю тебя…» И снова звонки, звонки, звонки…

Он был счастлив, ведь это была его жизнь, их жизнь. А Лера?

«Мне легко с тобой, Алеша. Понимаешь, ты настолько свой… Ничего не стыдно, ничего не страшно».

«Звезда упала. Странно, не могу вспомнить, видела ли я когда-нибудь, как падают звезды. А теперь даже желание успела загадать. Это из-за тебя, мой любимый. Я как-то по-другому на все смотрю, по-другому вижу. Ты мне счастье принес»…

И только иногда, как булавочные уколы:

«Жизнь, Алешенька, сказок не принимает. Одеваться нужно? Нужно. И обуваться тоже. И скатерти-самобранки пока не изобрели»…

«В идеалы, милый, нынче не верят. Предыдущие поколения все лозунги поистрепали, да так ничего и не добились. Ну, хорошо, кое-чего добились – для нас. А сами-то они что видали?»

Ту-ту-ту-ту…

– Междугородняя? Девушка, как там с Ленинградом? А когда…

Ту-ту-ту-ту… На телефонной трубке – высохшие отпечатки ладоней…

– Алеша, вставай, на работу опоздаешь. Господи, накурил-то! Что случилось? Сынок, что с тобой?

– Ничего. Так, мам, пустяки. Ничего страшного. Ну, честное слово, все в порядке. Ладно, поехал я.

– Алексей, завтрак?!

– Не хочется, в институте поем!