– Почти что, – из вежливости – говорить не хотелось – отозвался Алексей. – Вторую неделю работаю здесь.

– Стаж, – насмешливо констатировал старик, – а я вот восьмой год эти стены охраняю. Сначала был сторожем при курях, потом зерно от крыс оборонял, теперь науку доверили. Расту!

Алексей отмолчался.

– Да, – снова заговорил старик, – зовут меня, между прочим, Сидор Прохорович. А тебя как величать?

Пришлось представиться.

– И каким же образом попал сюда? По своей охоте иль распределили?

– К матери вернулся.

– Это правильно, – одобрил сторож, – родителей негоже забывать, да и от земли родной отрываться не след.

Алексей вытянул из кармана сигареты, предложил старику. Тот размял сигарету, но прикуривать не стал, заговорил снова:

– Опять, небось, заседали сегодня?

– Обязательно, – подтвердил Алексей.

– И Цезарь, конечно, выступал?

– Ну а как же без этого.

Старик чиркнул спичкой, поднес к сигарете согнутую ладонь и невнятно произнес:

– Вредный он человек.

– Глупый, – обронил Алексей.

– Глупый – само собой, – убежденно заявил старик, – только есть глупцы безвредные, а этот… Не верит ни во что, всех и вся презирает… Хорошо еще, что бог бодливой корове рогов не дает. Был бы он посильнее – ух! А так исходит себе на пакости.

– Во что же он верить должен? – равнодушно спросил Алексей. – Наука-то ведь не на вере, на фактах держится.

– Ишь ты, – неодобрительно хмыкнул старик, – ну, ежели так рассуждаешь, то с Цезарем сработаешься. Во что верить? Человеку без веры нельзя. Кто в бога верит, кто в себя одного, кто в жизнь, что не бывает плоской, как доска, без неожиданностей да чудес…

– Чудеса наука рано или поздно объясняет – для того она и существует, – вяло огрызнулся Алексей. – Сколько лет пришельцев ровно чуда ждали, а вот свалились они на нашу голову, удивление все мигом пропало. Да и с нечистью разберемся, проанализируем, разложим по полочкам…