Оглушенный случившимся, я принял тройную дозу гипнола и рухнул на койку.

Так началась моя марсианская одиссея. Разумеется, я сохранял ее в тайне: мне все равно бы не поверили...

Марсеологи - люди в большинстве замкнутые. Далеко не все выбрали эту профессию по призванию или из жажды приключений (какие приключения могут быть на Марсе!) и даже не в поисках романтики. Многих привела на Марс неудавшаяся личная жизнь. Возможно, поэтому здесь не принято заглядывать в чужую душу. Хорошее обыкновение или нет, не берусь судить. Но меня оно более чем устраивало...

За месяцы нашего утомительного перехода я только и делал, что наблюдал. Другие марсеологи тоже наблюдали: не полагаясь на собственное восприятие, снимали показания приборов, анализировали информацию с помощью рассудочных компьютеров, раскладывали результаты по классификационным "полочкам". Но при том оставались наблюдателями сторонними, поверхностными.

Мои же наблюдения, если я вправе их так назвать, были совсем иными. Ни органы чувств человека, несовершенные по природе, ни наичувствительнейшие приборы не могли бы извлечь из окружающего мира то преисполненное полноты (оцените каламбур!) знание, которое даровалось мне без малейших усилий с моей стороны.

Знание иррациональное, не сопряженное с переживаемой нами сиюминутной действительностью, противоречащее "здравому смыслу". Впрочем, знание ли?

В моей оценке происходящего со мной преобладали скептические акценты. Я говорил себе: "Этого не может быть, потому что так не бывает". И не пытался найти объяснение феномену, в эпицентре которого оказался. Более того, отвергал сам феномен. Нет его! Есть банальное умопомрачение, и только...

Не хотелось признать себя сумасшедшим, но, будучи ученым, я не исключал этого.

Между тем, словно специально для меня, был сделан (кем?!) исторический разрез - от зарождения марсианской цивилизации до ее самоуничтожения.

Я наблюдал и марсиан, и реакцию своей личности, совмещал в себе объект эксперимента и самого экспериментатора, вернее, пассивного регистратора, ибо фантастический опыт надо мной осуществлялся не мною.