— Погодите, погодите, Авдеев. Да подождите, говорят вам!

— А чего там ждать? — сказал Авдеев. — Все и так ясно. Провалился!

— Не торопитесь с выводами! — рассердился профессор. — Учтите, что комиссия вовсе не ставит своей целью нанесение испытуемым душевных травм, поэтому спешу уведомить вас, что предложенная вам задача вообще не имеет решения. Так сказать, задача типа «цугцванг».

— Благодарю, профессор. Не надо меня утешать.

— Послушайте, голубчик, я, кажется, никогда не давал вам оснований сомневаться в правдивости моих слов, — холодно заметил профессор.

— Извините, если я был груб, но моя неудача оказала на меня…

— Опять вы свое! Вы обязаны мне верить! Задача не имеет решения!

— Ну пусть так, — Авдеев пожал плечами. — Но насчет вашего утверждения, будто вы не наносите душевной травмы…

— И это учтено, мой друг. Вот примите одну таблетку и посидите минут пять-шесть с закрытыми глазами. — На столе перед Авдеевым появилась продолговатая коробочка с надписью «Амнезин».

— Очиститель памяти! — усмехнулся Авдеев. — Но по логике вещей такой препарат, вроде, надо бы принимать до…

— Нет, его принимают после.

— И как сильно оно отшибает память, это ваше зелье?

— Видите ли, — сказал профессор, — на воспоминания о реальных событиях этот препарат почти не воздействует. Но только что увиденное сновидение он стирает из памяти начисто. А ваш гипнотический сон, несмотря на то, что там у вас сохранялась свобода воли, все же относится к сновидениям. Кстати, таблетки весьма приятны на вкус.

— Простите, я вас не понял, что, есть такое предписание? — осведомился Авдеев.

— Нет, нет. По вашему желанию.

Василий задумался. Потом решительно заявил:

— Я предпочитаю отказаться. — Он внимательно посмотрел ни профессора. — Вы знаете, в этом ведь есть что-то унизительное. Пусть это не настоящая реальность, а, как принято говорить, иллюзорное бытие. Но я все-таки жил там, действовал, ошибался, мучился, наконец, проиграл. А теперь: на тебе, деточка, сладенькую пилюлю — и все горести позабудутся! Нет уж, спасибо. Пусть все это останется со мной. Я могу быть свободен, профессор?