— Нет, вы пройдете в помещение, которое вам укажут, и там подождете, пока вам объявят результат экзамена. Это, кстати, предписание.

— Ну что ж, — Авдеев вновь пожал плечами, — раз таковы формальности… А насчет вашего амнезина… Честное слово, не по-мужски это как-то принимать также снадобья. По-моему, это даже хуже, чем напиться с горя.

Прошло несколько часов, а Василий Авдеев все так же сидел в мягком кресле в отведенной для него комнате отдыха. Телевизор он не включал. Книги и журналы лежали на столике не раскрытые. Шахматная доска была пуста. Все те же мысли не покидали капитана Авдеева. Где же он допустил роковую ошибку? Неужели это и вправду цугцванг? Всепобеждающий дух — вещь великолепная, но, черт возьми, нельзя забывать и об ограниченности своих возможностей! Верить в успех, помня, что не застрахован от неудач, — вот в чем вся штука! Как жаль все же, что нельзя держать этот последний экзамен заново. Тогда бы он победил. Непременно победил!

Дверь отворилась и вошел сам профессор. Он сразу же горячо пожал Василию руку и торжественно изрек:

— Товарищ капитан, поздравляю вас с назначением. Вы — командир экспедиции.

Василий не поверил своим ушам.

— Вы это серьезно? — спросил он.

— По-моему, я никогда не был похож на шутника, — сказал профессор.

Голова у Авдеева пошла кругом. От радостного недоумения.

— Простите, — сказал он, справляясь с волнением, — возможно, мой вопрос неуместен, но могу я все же узнать, почему именно я? Почему выбор пал на меня?

— В вашем желании знать истину нет ничего предосудительного. Все дело в том, что вы единственный из всех испытуемых, кто отказался от амнезина, ответил профессор.