Михаил ВЕЛЛЕР

ПОПРАВКИ К ЗАДАЧАМ

Августовское солнце грело приятно. Листва уже набирала желтизну. Маршал дремал на скамеечке. Он услышал шаги и открыл глаза. Генерал с молодым усталым лицом стоял перед ним. В первые моменты перехода к бодрствованию маршал смотрел с неясным чувством. Старческая водица пояснела на его глазах. Генерал был в форме того, военного, образца. "Забавно", - маршал понял, улыбнувшись: это он сам стоял перед собой и ожидал, возможно, указаний.

- Ну, как командуется? - спросил он.

- Трудно, товарищ маршал, - ответил генерал, поведя подбородком, и тоже улыбнулся.

- Трудно... - повторил маршал. Треть века назад, подтянутый в безукоризненно сидящей форме, он был хорош... - А иначе и не должно.

Пологий склон переходил в лес на высотах. Его наблюдательный пункт находился в сотне метров. НП был такой, как он любил: основательный блиндаж накатов в шесть и рядом вышка, пристроенная к высокой сосне, маскируемая ветвями. Маршал пришел в определенно приятное расположение духа.

Генерал достал портсигар.

- Кури, - разрешил маршал. - "Казбек"? Правильно, - одобрил. Садись, не стой. Это мне перед тобой теперь стоять надо, пошутил он и вздохнул.

Тихо было. Спокойно. Даже птички пели.

- Волнуешься?

- Гм... Да как вам сказать, - затруднился генерал.

- Главное что, - приступил маршал и задумался... Рядом сидящий, в значимости энергии главных дел жизни, в нерешенности тревог, ощущался им по-сыновнему близким, и было в этой приязни нечто неприличное, и зависть была, и снисходительное сожаление. Явился вот, поправок небось ждет, замечаний... - Главное - тебе надо контрудар выдержать, не пуская резервы. Заставить их израсходовать на тебя все, что имеют. Иначе - хана тебе. Прорвут. Чем это пахнет - ясно?

- Ясно...

- Иначе - срыв всей операции, а тебя разрежут и перемелют. Сейчас от тебя все зависит. Успех всего фронта зависит от тебя.