Истребители же полагают, что в штурмовики идут флегматичные недоумки, начисто лишенные воображения, которые сбрасывают бомбы, потому что ни на что путное не способны. Конечно, те и другие шутят, но в каждой шутке есть доля правды.

Закончив изучение личных дел, Джейк аккуратно сложил стопку и задумчиво уставился на нее. Он пришел к выводу, что Данедин и Стронг подобрали очень хорошую команду – офицеров с богатым и разнообразным опытом, представлявших все разветвления морской авиации. Только пилот-испытатель под сомнением. У Моравиа, конечно, блистательные характеристики, и, может быть, она умнее самого Эйнштейна, но не имеет никакого практического опыта испытаний новых конструкций. Не забыть поговорить с Данедином насчет нее.

Генри упоминал минное поле – он явно преуменьшал опасности. Протащить новую современную систему вооружения сквозь бюрократическое болото было поистине головоломной задачей. Данедин, должно быть, чувствует себя так, будто ему приказали построить Большую пирамиду Хеопса, пользуясь только использованным презервативом и мухобойкой. И, Бога ради, ребята, делайте это тихонько, под покровом секретности и все такое. – Слушаюсь, сэр.

В универмаге, размещавшемся в подвале Кристал-Сити, он нашел отдел игрушек и купил пластмассовую модель нового истребителя-невидимки ВВС – F-117. И еще тюбик клея. Потом сел в поезд метро – синего цвета, тот, что шел до станции Росслин.

У моста Ки-Бридж поезд вынырнул на поверхность, и Джейк с грустью смотрел, как капли дождя смывают грязь с окон вагона, проносившегося под темным, затянутым тучами небом; затем поезд с грохотом нырнул в другую дыру, и Джейк, как и его попутчики, просто уставился в никуда, словно окружив себя невидимым коконом.

Он почувствовал облегчение, когда двери наконец раскрылись и он вместе с другими пассажирами вышел на платформу и, миновав турникет, ступил на самый длинный в мире эскалатор.