— Солдаты? — спросил Качиль.

— Нет, — ответил Хейвор тихо. — Три темных всадника.., один из них в желтом шлеме.

Он отвел взгляд от дороги и посмотрел на двух мужчин рядом с собой. Фелуче снова зевнул, подчеркнуто небрежно. Качиль жевал нижнюю губу.

— Кто это может быть? Возможно, священники, — сыронизировал Фелуче. — И мы будем иметь возможность исповедоваться в этом дерьмовом захолустье в наших позорных деяниях!

Он запрокинул голову и начал распевать веселую песенку. У Фелуче был красивый голос, но в этот момент мелодия звучала ненатурально.

Они двинулись дальше по древнему мощеному пути. Солнце медленно потухало. За деревьями, когда стены Аксы появились за вершинами ближних холмов. Это были мощные стены из темно-красного камня, с двумя или тремя узкими красноватыми башнями и большим числом косых крыш на заднем плане.

Темнота захватывала небо и часовые как раз хотели запирать ворота. Они впустили трех всадников, но с большим недоверием рассматривали кольчуги южан.

— Эй, вы! — крикнул Фелуче повелительно. — Где здесь ближайший приличный трактир?

Стражники обменялись взглядами. Один, помедлив, ответил:

— Попытайтесь в “Черной птице”… Сначала налево, потом по Куриному переулку… — Он осекся и спросил. — Вы идете из Авиллиды?

— Авиллида? — Фелуче дернул плечом. — В нескольких милях позади лежат кучи дымящихся развалин. Возможно, это была Авиллида. Стражник побледнел. Трясущейся рукой он сотворил знак Святого Круга.

— А Господин Авиллиды? — спросил он снова.

— Превратился в пепел. Вместе со своим сыном и прекрасной дочкой-ведьмой.

Иронически отдав честь, Фелуче развернул коня и они поскакали. Стражник остался стоять в темном переулке, застывший словно камень.

Пока они ехали по тесным улицам между приземистыми домами, чьи фронтоны словно сплетничали, склоняясь друг к другу, Качиль причитал:

— Этим не нужно было хвалиться, сударь… Это не правильно…