— Да, да, чаем пахнет! — взволновано сказал обладатель самого красного носа, удальски загнутого вверх.

Колян уж потянулся было за следующим стаканом, но вдруг раздался звук, будто хлестнули плеткой, и писклявый голосок приказал:

— А ну на место, твари! Расшалились! А ну я вас!

Носы сразу убрались, будто их и не было.

Марья Сергеевна быстро наклонилась к окну и захлопнула его. Было видно, что она готова в любой момент отпрянуть.

— Ой, а что это там? — спросила она.

Оленька тоже выглянула.

— Дерево!

И правда, на горизонте показалась огромная башня, верхушка которой терялась в вышине. Приглядевшись, можно было заметить, что у башни есть ветки, тоже толстые и огромные, но почти не видимые в тумане.

Поезд плавно заворачивал прямо в сторону небывалого дерева, успокаивающе стуча колесами. Затем к этому звуку добавилось тихое посвистывание и завывание, будто ветер гудел вдалеке. А затем послышались хриплые возбужденные голоса откуда-то сверху.

— Это не носатые опять? — спросила Марья Сергеевна.

Это были не они. Высоко в небе, по направлению к поезду, неслась тяжелая серая туча. Временами она как будто распадалась на отдельные фигуры, а может, это из облаков выглядывали те, кто несся вместе с ней. Туча передвигалась необыкновенно быстро. Скоро она уже вилась сбоку от поезда, снижаясь и рассыпаясь на вереницы всадников с копьями, мечами и луками. Их предводитель скакал на восьминогом огромном коне, а сбоку от него неслась колесница, запряженная двумя козлами. Человек в колеснице достал какой-то топор или молот или что-то такое, и ударил гром.

— Мамочка, что делается! — Серафим Эдуардович аж открыл рот от удивления. Его челюсть возбужденно подрагивала. — Это ж Дикая Охота! Мне про нее дочка рассказывала! Однажды ее муж… впрочем, не важно!