В толпе загонщиков сначала было даже три мотоциклиста. Но они застряли на дальних подступах, к этой вонючей луже. Байкеры в касках свою застрявшую технику не покинули, а громко давали советы издалека. Я уже был по пояс в воде и, стараясь не шевелить камыши, уходил все дальше. Немцы не отставали. Их бы энергию да в мирных целях. Резвые попались загонщики. Я почти не понимал, что они вопят, но догадывался. Наверняка что-то типа:

– Заходи слева! Обкладывай справа! Живьем брать демона!!!

А вот хрен вам на всю физиономию! Если уж в овраге не зажали, то теперь уйду.

Надо же было так глупо попасться. Ведь почти вышел. Двигался уже по третьему оврагу, который очень удачно тянулся, в нужную мне сторону. Пока лазил - порядком подустал. Часто приходилось даже не идти, а ползти. Ночью немцев стало, даже больше, чем днем. Повальная бессонница у них, что ли? Один раз лежал под кустом, а надо мной, в полутора метрах, стояли и курили двое тихо переговаривающихся гансов. Но потом стало поспокойнее. Это уже часа три ночи было и небо в той стороне куда я так стремился проскочить, начинало светлеть. Откуда взялся этот водохлеб, или водовоз, на мою голову? И ведь, главное, как тихо подошел - вообще его не услышал. Топал себе топал и вдруг, возле родника, что бил на дне низинки, услышал только шорох осыпающийся земли и - рраз! Спрыгнувший сверху фриц, с котелками в руках, ошарашено пялится на меня и уже открывает рот, намереваясь завопить. Ну, я, конечно не дал. Лишний шум сейчас совершенно не к чему. Шаг в его сторону - одной рукой за затылок - другой за челюсть. Позвонки только тихо хрустнули. Брр. Все-таки крайне неприятное дело… Это только в кино врагам шеи походя сворачивают и резво бегут дальше, бороться за мир во всем мире. А меня чуть не стошнило. Ну, не убивец я. Мерзко от этого становится. Еще и пальцами ему в рот попал, теперь вся ладонь в слюнях. И тут сверху голос:

– Дитрих?

Я сразу про ладонь забыл, и у лежащего немца вытянул тесак из ножен на поясе. Больше у него оружия не было. А сверху опять: