Бургер овладел собой.

— Я был готов к этому, господин старший лейтенант. Я знаю, что сделал глупость… что не заслуживаю доверия. Вы могли пустить меня в расход без суда, я знаю. Но вы еще раз проявили великодушие… На этот раз я докажу, что не забыл о своем долге перед фюрером, о самопожертвовании за наши идеалы… Вы можете мне верить.

— Я верю в то, что ты сказал, Бургер, — ответил Каппе.

Он проводил его за дверь. На минуту задержался в приемной и, кивнув Георгу, сказал:

— Георг Иоганнес Даш, прошу ко мне.

Георг встал. Он волновался. Почему Каппе так долго разговаривал с Бургером? Может, Бургеру доверено руководство акцией?

Он вежливо наклонил голову.

— Слушаю вас, господин старший лейтенант.

— Садитесь. Сигарету? Ага, вы уже курите. В кабинет начальства не следует входить с зажженной сигаретой. Но между нами это не имеет никакого значения, прошу, не гасите, не…

— Простите, это нервы…

— Понимаю. В такой ситуации я так же бы волновался. Мне поручено сообщить вам, господин Даш, что абвер рассмотрел все детали вашего плана. После нескольких поправок и многочисленных дискуссий, во время которых, впрочем, лестно отзывались о вашем большом уме, план был доложен адмиралу Деницу. Адмирал положительно отнесся к этой идее и лично представил ее нашему любимому фюреру. Фюрер, — здесь Каппе встал, — утвердил план в целом. Поздравляю.

Георг встал и крепко пожал руку старшему лейтенанту. Про себя подумал: «А все-таки эти канальи поручили руководство Бургеру!»»

Каппе спросил:

— Знаете ли вы, Даш, кем был Франц Даниель Преториус?