И тут!.. Что-то произошло!… Неожиданно, вдруг!.. Я не мог понять, что случилось, но что-то определённо случилось. Нечто вызвавшее у меня столь сильный ужас, что я весь взмок. Я не мог объяснить себе, что же произошло, Мой разум лихорадочно искал разницу между тем, что БЫЛО и тем, что СТАЛО. И вдруг, я понял… Звук! Стук колёс изменился! Нет, не совсем так… Он не изменился, он стал как-то слабее, что ли?.. Словно стены туннеля разошлись и эхо, отбрасываемое ими, исчезло. Я подскочил к окну и прижался лицом к стеклу, отгородившись ладонями от света вагонных плафонов. Поезд продолжал нестись вперёд, но сырых стен я уже не увидел. Мимо мелькали огромные, почти чёрные в ночи, деревья, раскачивающиеся под порывами ветра. Над темнеющими вдали холмами в чёрном небе горели россыпи звёзд. А вдалеке слабо серебрилась под лунным светом узенькая полоска реки. Короче говоря, мы выехали из туннеля. И это было более чем странно. Дело в том, что на этой ветке весь путь поезда пролегал под землёй, а тут… Состав замедлил ход и остановился. Двери разошлись, и в лицо мне пахнуло свежей прохладой ночного воздуха. В наступившей тишине отчётливо стали слышны шелест древесной листвы и хлопанье крыльев какой-то птицы, скрытой тьмой. Раздался хруст гравия под чьими-то шагами и в дверь вагона влетел объёмистый и, судя по виду, очень тяжёлый мешок. На уровне пола возникло бородатое лицо, и мозолистая рука протянулась ко мне из темноты. — Помоги! Чего встал-то?.. — раздался хриплый голос. Я подскочил к дверям и ухватился за холодную влажную ладонь. Человек с трудом забрался в вагон и перевёл дух. Тут только я заметил, что в левой руке он сжимает охотничье двуствольное ружьё. — Вот ведь, как! — проворчал он, тяжело отдуваясь. — Хоть бы лестницу придумали или что… Не залезешь ведь!.. Появление вооружённого попутчика не вызвало во мне тревоги или недоумения, хотя выглядел он довольно необычно для вагона метрополитена. Старый заляпанный бурыми пятнами ватник был туго стянут в поясе патронташем.