- C его стороны это комплимент. Но государства Амалунгов у вас под рукой нет. А национализация повлечет за собой обвал. Работать в рамках национальных государств ваши структуры не смогут в принципе.

- У нас нигде уже нет настоящих национальных структур. То, что сейчас есть, рухнет на уровень краев, понимаете, да? Муниципалитет или совет области как высшая единица управления. Больше всего повезет территориям типа Флоресты. Мы здесь уже почти автономны, можем уйти в отрыв. Да Монтефельтро - в Африку. Остальное... Господи, Грозный искренне верит, что он просто рассадит по нашим креслам управленцев Совета и все останется как было, только лучше.

- Понимаю. А вот в Совете не понимают, что им в лучшем случае придется заново налаживать все связи... и преодолевать как минимум десятилетний экономический кризис. На самом деле, конечно, до экономического кризиса не дойдет, потому что ни низовые структуры корпораций, ни те самые национальные государства такого положения дел не потерпят и политическая ситуация взорвется много раньше...

- Я, - Сфорца перестает прожигать взглядом потолок, и переводит взгляд на персонального аналитика, - все это понимаю. А вот вы не понимаете, что вы из меня сделали. Я не умею спасать мир, я не герой боевика, я биотехнолог! И я по вашей милости должен сделать то, невесть что, так, не знаю, как. Я бы сделал, наверное... раньше.

- Когда не понимали и не боялись? - Вот этот эффект и вправду был непредвиденным. Так всегда бывает с решениями ближнего прицела. В долгосрочной перспективе они часто оказываются неоправданно дорогими. С другой стороны, без этих решений, как правило, нет и самой... долгосрочной перспективы.

- Я же уже сказал - вы научили меня бояться. Тетушка должна быть вам признательна. Она так долго старалась, но у нее не хватило таланта...

Тут даже не важно, что отвечать. Главное - дать выговориться. И успокоить. Господин Сфорца сейчас не ищет решений. Он пытается найти точку равновесия. Не умеет делать это самостоятельно. Не учили. А сейчас поздно - и несломанное не чинят.