– Садитесь.

Девушка пристроилась на краешке ступа, а комиссар подошел к окну.

Сидящий за "Ундервудом" молодой человек бросил косой взгляд на слегка прикрытые юбкой коленки.

– Ваша фамилия, имя, отчество, – задал первый вопрос Гутманис.

– Ингрида Мелнарс, дочь Кристапа.

– Вы давно работаете у господина Яншевского?

– Четвертый месяц.

– Это ваше первое место работы?

– Да.

– Вам нравится оно?

– Да. Сейчас вообще трудно найти в городе хорошую работу для молодой девушки из деревни.

– Сколько вам лет?

– Девятнадцать.

– Хозяин склонил вас к сожительству?.. Что вы молчите? – Следователь прекратил разглядывать через зарешеченное окно стоящий у полиции разбитый "Мерседес-Блиц" и повернулся к девушке.

– Я не понимаю, о чем вы говорите. Господин Яншевский говорил, что любит смелых девушек с красивыми ножками и просил меня, чтобы я одевала юбки покороче.

– Он предлагал вам деньги?

– Что вы, я честная девушка! У меня есть жених. Он сказал, что убьет меня и его, если еще ра… – Девушка вдруг осеклась на полуслове. Она, кажется, поняла, что сказала лишнее.

– Кого, его? – спросил, глядя ей в глаза, Гутманис.

– Хо-зя-и-на, – медленно, по слогам, сказала горничная и расплакалась.

– Ну-ну, бросьте разводить здесь мокриц.

– Он ни в чем не виноват, он не убивал господина Яншевского.

– Мы вам верим, но нам все равно нужно знать фамилию вашего жениха и его адрес.

– Я вам больше ничего не скажу, – продолжая всхлипывать замотала головой Ингрида Мелнарс.

– Хорошо, не хотите, не говорите, – легко согласился с ней следователь, но едва она покинула кабинет, он тут же поднял телефонную трубку. – Дежурный? Сейчас от меня вышла девушка. Пошлите кого-нибудь за ней, пусть проследит, куда она пойдет и с кем встретится…