- Факел и меч! - спокойно приказал он.

Несколько мгновений воины и слуги растерянно молчали, затем бросились к царевичу.

- Не ходите туда, господин наш, не ходите! Предками заклинаю! Там погибель! Не ходите! - запричитал верный Ратша, схватив Ратибора за край плаща, и все закричали следом за ним.

- Ну-у! - Ратибор яростно выбросил вперед руки, и люди разом смолкли в его ладонь послушно легла холодная рукоять меча.

Пламя заметалось на ветру, швыряясь искрами и обрывками дыма, и Ратибор исчез в узком отверстии входа.

И сразу же темнота и тишина отделили его от людей. На мгновенье царевич остановился - в голове скользнула трусливая мысль: может быть, все-таки вернуться - но тут же понял, что это уже невозможно. Долг и честь обязывали идти вперед, и он двинулся дальше.

Вскоре узкая горловина расширилась, скользкие холодные стены расступились, открывая глубокое мрачное подземелье. Слева со стороны реки в него проникал серый рассеянный свет. Черная студеная вода плескалась у самых ног, и, гулко отдаваясь в невидимых сводах, стонала арфа.

Подняв над головой факел, царевич огляделся по сторонам. Что-то смутно забелело справа в темной глубине грота. Сердце скакнуло и лихорадочно забилось в груди. Водя факелом над головой, царевич пытался разглядеть, что ждало его там впереди, но было слишком темно и далеко, и, ничего не разобрав, Ратибор осторожно стал пробираться вперед. Идти было трудно, ноги скользили на голых валунах, а песок и галька скрипели под каблуками, запечатлевая каждый его шаг.

Приблизившись вплотную, Ратибор облегченно вздохнул и опустил верный меч - это было всего лишь человеческое тело, сжимавшее в руках арфу. Проникавшие в пещеру волны накатывались на него и, задевая струны, вызывали те необычные звуки, которые напугали рыбаков.

Склонившись над водой, чтобы разглядеть утопленника, Ратибор вытянул факел вперед и, вскрикнув, отпрянул назад: с черной поверхности, застывшее и белое, на него взглянуло лицо старшего брата.