- Уловил, - сказал Грибердсон.

Речел, опустив большие синие глаза, произнесла:

- Кажется, никогда в жизни я не смогу научиться правильно говорить на этом языке. Многие звуки произнести совершенно невозможно.

- Роберт, - сказал Драммонд, - вы так возбуждены, словно собираетесь вот-вот заняться любовью.

- Он и впрямь собирается, в своем роде, - сказал Грибердсон.

Ученые ушли. Племя собралось на краю холма. Люди смотрели им вслед, пока все четверо не скрылись из виду.

По пути они очень мало говорили. Фон Биллман вставил в ухо динамик карманного рекордера-плейера и раз за разом прокручивал запись чужой речи. Речел и Драммонд изредка обменивались репликами. Грибердсон вообще предпочитал помалкивать, если обстоятельства позволяли.

И все же, когда они подошли к "Г.Дж.Уэллсу-1", настроение у всех было приподнято, возможно потому, что нет ничего более радостного, нежели возвращение в хотя бы и временный, но дом.

Эта мрачная серая торпеда теперь будет служить им кровом долгих четыре года и напоминать о покинутом мире.

- Сегодня будем спать внутри, - сказал Грибердсон. - Купола поставим позже. Видимо, ходить каждый день в деревню и обратно будет неудобно, и нам придется разбить поблизости от нее лагерь, ведь корабль мы не можем передвинуть.

Речел занялась ужином. Вскрытие упаковок с готовыми продуктами и стряпня заняли две минуты. Она наполнила небольшие бокалы вином предстоял праздник. Пока она готовила, Грибердсон успел исследовать пробы в анализаторе.

- У мальчика Абинала тиф, - сказал он. - Причиной могла быть риккетсия, перенесенная телесной вошью. Я не заметил там других больных, поэтому не знаю точно. Хотя Абинал мог быть и первым. В любом случае его собственные вши могут стать разносчиками заразы. Надо будет завтра начать лечить Абинала и провести профилактику в племени. Всем дать лекарства и средство от вшей.