— Угрозы! Опять и снова, и вдругорядь сыплют угрозами! — вздохнул я. И невинно полюбопытствовал: — А покойный мистер Грин получал постельные приглашения? И как отвечал?

Элен выпрямилась и напряглась. Помолчала, потом выдавила:

— Мистеру Грину по душе лишь безукоризненные красавицы. А с мартышками, с макаками вроде меня он избегал совокупляться. Особенно, когда рядом шныряли женщины гладкие да сладкие... По крайней мере, честно признался в этом. Не оправдывался усталостью.

Она скорчила гримасу:

— До свидания, мистер Клевенджер. Отдыхайте в палатке, и приятных сновидений. Дожидаюсь в Брэндоне — вас и вашу интереснейшую повесть о частном сыске.

Я сказал:

— Сердитая — вы просто привлекательны, а веселая — просто неотразимы. Примите к сведению.

Элен Хармс подняла взор. После долгого безмолвия произнесла:

— Опустим романтические уловки. Не надобно делать маленьким девочкам больших одолжений.

— Человек на все готов, — сокрушенно признался я, — чтобы избежать ночевки на холодной постели в мокром шалаше. Там вовсе не рай.

Элен буквально просияла. Улыбка была не хуже смеха: задорная, молодая, очаровательно бесстыжая:

— А на что не решится женщина, дабы избежать ночевки в одиночестве!

Глава 5

Когда я, уже одетый, выбрался из ванной, Элен стояла подле окна, за которым серело пасмурное утро, и пристально разглядывала мостовую, обретавшуюся пятью этажами ниже. Картину Элен являла весьма пикантную, ибо кроме коротенькой шелковой рубашечки, не скинутой в нетерпеливом пылу, на девушке не было ровным счетом ничего. Соитие наше плотское оказалось весьма бурным и приключилось по принципу “хватай-как-можешь”...