- О, нет, - покачала головой девушка. - Древним было знакомо твое состояние. Они называли его "щенячьей радостью". Это только зародыш настоящего чувства. Если оно будет развиваться, то перейдет в состояние, называемое ими "зрелой любовью" - это когда мужчина и женщина радуются тому, что они вместе.

- Нет, - возразил Халдан, подозревая, что девушка плохо поняла его. Все это я знаю, но мое чувство по-настоящему сильное. Меня радует каждый твой взгляд, каждое слово... - Он через стол протянул руку и сжал ее ладонь. - Твое прикосновение наполняет меня счастьем.

- Пусти, сейчас твой отец вернется, - шепнула она сердито.

Халдан уступил, с удовлетворением отметив, что она сама легко могла отнять руку, но не сделала этого.

Юноша снова откинулся на спинку стула.

- Еще я хотел рассказать тебе, что сердце мое - точно поющая птица, но, видно, у меня плохо получилось.

Он и не подозревал, что в человеческом голосе может звучать такая нежность, пока не услышал ответ девушки:

- Не надо так терзаться. Ты и так сказал больше, чем думаешь, и отныне каждый новый день будет начинаться для меня песней шального жаворонка.

Три драгоценные секунды прошли в молчании. Хиликс нарушила тишину первой:

- Забудь, что ты начинающий поэт, и оставайся рассудительным математиком. Быстренько придумай, как помочь мне с поэмой о Файрватере, иначе я никогда не отопру тебе калитку моего сердца.

Ответ был давно готов.

- Встретимся в девять утра во дворе вашего университета около фонтана.

Она кивнула и поднесла к губам чашечку кофе как раз в тот момент, когда старший Халдан вошел в столовую.

В воскресенье Халдан проснулся в семь утра и почти целый час готовился к свиданию: дважды побрился, остриг ногти, принял ванну - дважды намылившись и дважды спуская воду, смазал подбородок пастой после бритья и пару раз мазнул ею кожу на груди. Капля бриолина придала блеск его волосам.