Галактический Сенат всё ещё не был распущен, но теперь он был только источником пустых разговоров, но никак не правительством. Император контролировал нужное ему большинство, которое радостно подпевало любому его слову, не оставляя оппозиции, во главе с Бэйлом Органой, ни единого шанса на борьбу, заставляя их, в итоге, подчиниться "их же демократии".

Оби-Ван наблюдал, как день за днем разлагается то, что строилось и поддерживалось десятилетиями. Его нетерпение воцарить справедливость и порядок в галактике просто кипело в душе, как в юные годы, когда он только познавал учения Джедаев. Но вспоминая к чему может привести это чувство, он приобретал самообладание и заставлял себя держаться в стороне. Оби-Ван прекрасно знал, что однажды встав на путь тьмы, для возврата сил уже не будет.

Вернувшись из внутреннего ареала мыслей и ощущений в реальный мир, Магистр Джедай Оби-Ван Кенноби - ныне Бен Кенноби, был вынужден носить плащ с низко опущенным капюшоном и сторониться общественности, чтоб не привлекать внимания. Раньше он никогда бы не подумал, что будет рад взяточеству, но теперь, когда несколько монет делали бармена слепым и глухим, Оби-Ван привычно занимал своё место в самом тёмном углу и знал, что никто не побеспокоит его - полусумасшедшего отшельника, которому не нужна компания.

Столик свой Оби-Ван выбрал не случайно. В одной из групп, сидевшей рядом, он узнал Виззи - пилота, известного тем, что на борт его корабля груз всегда попадал без лишних вопросов к нанимателю. В придачу к тому, он был источником информации, который никогда не раздувал пустых слухов. Сейчас он вместе с остальными пилотами распивал эль, не особо заботясь о том, кто его может услышать.