Марина высунула голову из-под одеяла, чтобы глотнуть свежего воздуха. Сегодня во дворце бал. На него приглашены все придворные. Значит, хотя бы сегодня она может спокойно заснуть?

Дай Бог, чтобы сегодня никто не подкрался к ее двери! Господи, помоги мне! Не допусти, чтобы это случилось еще раз!

Вот уже две недели Марина каждую ночь слышала эти шаги. Тихонько открывалась дверь. Шаги приближались к ее кровати.

Первый раз она села и с удивлением спросила:

— Мама? Это ты?

— Тс-с! — прошептал мужской голос. — Это я. Дядя Поуль.

Дядя Поуль? Старый, жирный граф Рюккельберг! Что ему тут понадобилось? У графа был отвратительный парик, и все его подбородки противно дрожали, когда он поворачивал голову. Недобрые навыкате глаза внимательно наблюдали за ней, толстые пальцы всегда ложились ей на колени.

— Смотри, Марина, что я принес тебе! Конфеты, приготовленные для самого короля!

Вообще-то он был не такой уж и старый, этот граф, не старше ее отца, но выглядел по сравнению с ним просто стариком. Марина взяла конфеты и поблагодарила, а он все не уходил. Присев на край кровати, он говорил, какая она хорошенькая, как ему хотелось бы иметь куколку, похожую на нее, он бы играл и забавлялся с нею, ведь он так одинок. При этом он гладил Марину по волосам, по щеке, и ей это не нравилось. Наконец он ушел. Но на другой вечер пришел опять и опять принес конфеты. Он просил, чтобы она никому не говорила о его приходах — ведь он покидал свой пост, и если кто-нибудь узнает об этом, его посадят в тюрьму. Ведь она не хочет, чтобы его посадили в тюрьму? Он просунул руку к ней под одеяло, погладил ее плечи и сказал, что у нее нежная, шелковистая кожа.

В другой раз он положил руку ей на грудь и заметил, что она уже совсем взрослая девочка, при этом он как-то странно пыхтел. Хотя Марину и учили слушаться взрослых и не перечить им, она осмелилась попросить графа так не делать, потому что ей страшно.