— У Емлян. Здешних аборигенов. С планеты, на которой в этой системе живут люди.

— А тогда почему их технические средства скудные? Тут ведь империя, значит, должна быть канцелярия, а в ней обязательно имеются терминалы, контроллеры баз данных и прочие записнушки.

— Емля в империи недавно, лет семьдесят. А перед этим существовала сама по себе, пока их не отыскали, — терпеливости Раомины можно позавидовать. И объясняет хорошо. Вот ей за это ещё желе. Видно же, что понравилось.

— То есть, пока наши их не нашли, они жили в пещерах, носили шкуры и высекали свои имена на каменных стенах? — даже непонятно, толи эта крохатуля вовсе даже не брюнетка, а перекрашенная блондинка, толи тянет время отдыха, задавая эдакие вопросики.

— Не совсем так. Они пробыли в отрыве от человечества не больше трёхсот лет и не успели совсем одичать, — терпеливо продолжает объяснять императрица. — Но от терминалов и запоминающих устройств пооткручивали всё, без чего они ещё как-то могли работать. Людям требовались украшения, а делать их лучше из качественных материалов, прошедших сертификацию в цивилизованных местах.

— Да, нельзя нацеплять на себя всякие дешёвые безделушки, сделанные неведомо кем, — соглашается пилотесса. — Имя мастера и его фирмы должно быть известно, и пользоваться репутацией.

— Верно, — выдержке Раомины поистине нет предела. — Только мастера, которые откручивали от устройств всякие финтифлюшки, ненароком умыкнули какую-то важную штуковину, и после этого стало невозможно ввести в память имя длиннее двух слов. А людей много, и на всех не более сотни фамилий. Оставалось придумывать неповторяющиеся имена. Поэтому в ход пошли любые сочетания букв, лишь бы их произнесение не вызывало повреждения артикуляционного комплекса.

Посмотрев на осовевшие после финальной фразы глаза девушки, Вир заключил, что баллистик провела проверку уровня интеллекта их подруги по несчастью и сделала нужные ей выводы. Что любопытно, его она тоже проверила. Если бы он бросился возражать по поводу причины деструкции старых компьютеров, был бы классифицирован, как человек без чувства юмора.