— Достославная повесть о подвигах доблестного рыцаря Гарольда и языческом короле Скалистых островов…

На следующей странице мальчик увидел яркую, раскрашенную от руки иллюстрацию: с причалившего корабля на берег съезжал конный рыцарь в полном турнирном доспехе. Фигура, оружие и латы были настолько тщательно выписаны, что фон Вернер долго любовался замечательной картинкой. Ему даже захотелось вырвать листок из книги и повесить у себя в келье на стену. Но это было невозможно и, положив фолиант поверх богословского сочинения, мальчик занялся тщательным изучением находки.

Обнаруженная в чулане библиотека оказалась даром покойного барона Гагербауха монастырю. К несчастью, сотня томов, многие из которых были весьма ценными, попали в скрипторий в отсутствие библиотекаря. Того изгнал прежний настоятель за шашни с крестьянскими девками. Вскоре начальство сменилось, в монастырь приехал отец Никодем и в суматохе получилось так, что о подарке сложенном в чулан, забыли. С тех пор рыцарскими романами, старинными балладами и сказочными сочинениями — собрание барона было светским, занимались исключительно мыши и жучки.

Начав читать о рыцаре Гаральде, Мориц не заметил, как увлекся и прервался только тогда, когда за ним прислали от дяди с напоминанием, чтобы он явился к обедне. С нетерпением выстояв службу, мальчик поспешил вернуться в скрипторий. С тех пор время, проводимое за книгами, стало для него лучшим с момента приезда в монастырь. Рассказывать другим о своей находке он поостерегся. По двум причинам: могли наказать за то, что сунул нос, куда не надо, а кроме того дядя отзывался о светской литературе, как о занятии недостойном верующего человека. Авторы, сочинявшие романы и стишки, были для патера Никодема кем-то вроде фигляров и шутов, кривляющихся на потребу грешникам. В лучшем случае, когда дело касалось человека, завоевавшего бесспорный авторитет в теологии, он горько замечал: "Любой подвержен искушению". Было в его пантеоне несколько авторов, пришедших к праведной жизни из светской и успевших легкомысленно нагрешить словом. Их отец-настоятель приводил племяннику в пример того, как человек легкомысленный и беспутный обрел спасение в вере.