- Новосильцев, - позвал он.

- Да, ваше величество? - повернулся полковник к нему.

- Я должен был заключить мир, пока мы были еще сильны, понимаете? Наполеон напал бы на Россию, и никто не смог бы остановить его. Он тоже хочет мира, мой друг; но будьте уверены, что, каковы бы ни были условия, я буду отстаивать интересы России.

- Я знаю это, ваше величество, - быстро ответил полковник. - Поверьте, единственное, что меня возмущает...

- Вас возмущает Аустерлиц и Фридланд, Новосильцев. И меня тоже. Я вынужден был бежать с поля боя, спасая свою жизнь. Вы думаете, я смогу это забыть?

Полковник нахмурился.

- Этого никто из нас не забудет, ваше величество.

Александр грустно улыбнулся.

- Придется вам довериться мне, мой друг. Позвольте мне сделать то, что я считаю лучшим для России.

Произнеся это, он подумал, что даже Новосильцев больше не до конца предан ему, и, если нельзя доверять полковнику, который преданно служил своему государю в течение многих лет, значит, появилась опасность мятежа. Александр знал, что если за военной неудачей последует неудача на переговорах, то по возвращении в Санкт-Петербург он лишится и трона, и жизни.

Александр поправил усыпанный драгоценностями орден на груди. Его носил еще отец, он это хорошо помнил. Его отец тоже был союзником Наполеона, но его убили до того, как этот союз принес какие-либо плоды. И это убийство было косвенной причиной войны.

Новость о другом убийстве - казни герцога Энгиенского - глубоко потрясла все дворы Европы, включая и царскую семью в Санкт-Петербурге, чья хроника была залита кровью, испещрена убийствами и дворцовыми переворотами. Александр выразил свой ужас перед содеянным и вскоре получил ответ, в котором напоминалось, что Франция не позволила себе вмешиваться, когда был убит император Павел...