На дерево все с трудом успели залезть до ночи. Трудней всего пришлось с орком, который скорее дал бы себя сожрать, чем вскарабкаться на ненавистную высоту.

– Ррырг, у тебя шнурки развязались, – выкрутился из ситуации гном, и когда тот наклонился, вырубил его мощным ударом в челюсть. Никогда не завязывать шнурки при гномах, сделала я себе заметку на будущее. Так как кого бы то ни было я тащить наверх отказалась, то ненавистный колдун пролеветировал Ррырга и его успокаивающее, Гилбадира, на одну ветку. На орков магия не действует, поэтому сегодня ночью гному придется поработать кулаками. Я сама устроилась на самой нижней ветке, подгадав так, чтобы мне не мозолили глаза ни эльфы, ни кто-либо из рруховых попутчиков. А заодно так, чтобы защитить спину от случайной эльфийской стрелы. Мне и колена хватает. Уууу, мое бедное несчастное колено. И сама я бедная и несчастная. В кои-то веки решила навестить родственников, и тут такая подлянка. Предупреждал же меня дядя, держись подальше от магов…

Нежить как всегда появилась внезапно, учуяв свежатинку. Мелкая и не думала лезть, чуя меня и держась на расстоянии, зато хромы, рыжеглазы, рыдлы и остальные прожорливые монстры стали рвать кору и вгрызаться в ствол, потому что залезть им не давали выстрелы ушастых. Да и колдун мочил их неплохо, точнее поджаривал огненными шарами. Ну и вонь стояла. При одной мысли, что чем-то подобным сероволосый наглый маг мог запустить в меня, я вздрагивала. Ну садюга паршивый. Ты мне только попадись в наружном мире, выполню все, что обещала. В клятве я ничего не говорила об отказе от мести. Куда им нужно дойти, странная компашка так пока и не призналась, и у меня возникали подозрения одно другого хуже. Вот влипла.

Такие ночи в лесу, когда что-то скребется, воет и рычит, мне всегда напоминают о детстве. Людям, обычным глупым людям, да и светленьким эльфам трудно понять, как это бывает красиво, ночь в Проклятом лесу.