А я? Я пыталась убедить себя не думать о том, что он сделал.

Мой арест и потенциальная казнь имеют преимущественную силу.

И тем не менее… я до сих пор спрашиваю себя.

Почему он сделал это? Почему он рисковал своей жизнью ради меня? Была ли эта инстинктивная реакция на угрозу? Он сделал это для Лиссы, которой поклялся в верности, за ее участие в его освобождении? Или он действительно сделал это, потому что у него все еще есть чувства ко мне? Я до сих пор не знаю ответа, но видя его таким, неистовым Дмитрием из моего прошлого, во мне вспыхнули чувства, которые я так отчаянно пыталась подавить.

Я пыталась убедить себя, что на то, чтобы прийти в себя после этих отношений нужно время.

То, что чувства еще сохранились, было вполне естественно.

К сожалению, это заняло больше времени, чтобы вернуть своего парня, когда он бросился в опасность из-за вас.

Несмотря на это, слова Кристина и Таши дали мне надежду относительно судьбы Дмитрия.

В конце концов, я не была единственной на грани жизни и смерти.

А те, кто был убежден, что Дмитрий все ещё стригой, хотели увидеть кол в его сердце.

— Они снова держат его в заключении, — сказал Кристиан.

— Но не в камере.

Просто в его комнате, с парой стражей. Они не дадут ему покинуть пределы Двора пока все не уляжется.

— Это лучше, чем тюрьма, — признала Лисса.

— Это все равно абсурд, — возмутилась Таша, больше для себя, чем для других.

Она и Дмитрий были близки на протяжении многих лет, и когда то она хотела вывести эти отношения на новый уровень.

Она согласилась на дружбу, и её возмущение по поводу несправедливости по отношению к нему было также сильно как и наше.

— Они должны были отпустить его, как только он снова стал дампиром.

Как только пройдут выборы, я собираюсь удостовериться, что он свободен.