- Кто идет? - повторил часовой, щелкнув предохранителем автомата.

Джуджелис остановил дыхание, чтобы скрыть одышку. И выпихнул из горла хриплый ответ:

- Это я, твой капрал.

- Пароль?

- Империя, - буркнул Джуджелис. - Отзыв?

- На страже! - торжественно, по-уставному пропел часовой. Огрызок месяца вылез в просвет между тучами, чтобы осветить его идеальную строевую позу и преданное лицо, отразиться в его выпученных, по-щенячьи круглых глазах.

"Новобранец, - с облегчением подумал Джуджелис. - Если и услышал, то не понял".

- Вольно, солдат. Гляди в оба!

- Слушаюсь, господин капрал!

"А куда глядеть?" - подумал Джуджелис. Лунный осколок снова нырнул в гущу туч, темнота без остатка укрыла и фигуру солдата, и кусок городской стены, отлитой из бетона, с зубцами, опутанными колючей проволокой.

- Пять миллиардов... - проурчал Джуджелис в моржовые усы.

- Простите, господин капрал: не расслышал.

- И не надо, - сказал Джуджелис. - Стой себе, парнишка, скоро смена. Он шагнул в темноту.

- Господин капрал! - торопливо проговорил часовой. - Можно вопрос?

- Ну?

- Почему... - часовой замялся. - Что случилось? Почему объявлена тревога?

- Об этом вашему брату думать не ведено, - сказал Джуджелис. - Службу знаешь? Объявлена тревога - и никаких. Может, враг идет, или там чума, или просто государь император решил поддержать твой боевой дух. Но это не твое дело. Ты должен, не имея в голове никаких мыслей, стойко стоять на посту. Понятно?

- Понятно, господин капрал. Однако вы человек доверенный... (У капрала в темноте зашевелились усы, он подумал, как быстро эти стервецы-новобранцы раскусывают слабости начальства). Другой и чином повыше, да не знает, а вы должны знать, правда ли... - он заколебался.

- Продолжай, - разрешил Джуджелис, будучи не в силах рассердиться на ловкого парня.