- Ходят странные слухи, что вам нравится здесь, - начал он. - Вы собираете... все, что осталось от Анкаианы, я не ошибся?

Я кивнул. Тогда он начал говорить; это было что-то до глубокой тоски мистическое, но по мере развития сюжета я с ужасом понял, что все эти маловероятные вещи и есть часть еще не познанной никем Анкаианы. Поймав себя на том, что ищу в этой мистике объяснения реальным событиям, я позволил себе забыть обо всем, увлекшись его странным повествованием...

1. Проклятие.

В сон, растянувшийся на много восхитительных, ненарушаемых лет покоя, назойливо лезло чье-то нытье.

- А-аль... Алечка-а... А вот еще лет через сто тут все развалится, и ты не выползешь и не выберешься никогда и никуда-а... Правда, у тебя-то достанет терпения доспать и дождаться, покуда оно перейдет и превратится в прах и пыль...

Черт сидел и ковырял пальцем горелое пятно на стенке. Строго говоря, это не было классическим вариантом служителя Миров Возмездия. Скорее созданным из темной материи вариантом существа с непосильным количеством обязанностей и незапоминающейся внешностью потомственного алкоголика. Видеть и слышать такое существо мог только тот, для кого оно предназначалось.

- Вылеза-ай и выползай, - продолжал канючить черт противным голосом, становившимся все более похожим на скрип ножа по тарелке и приобретавшим базарные интонации, - я замучился тут сидеть уже... обеспечивая твое хреново проклятие. Я тебе не могильный камень, не надгробие в натуре.

Девяносто с лишним лет назад чертова подопечного прокляла аналогом пожизненного заключения одна амбициозная ведьма. Или думала, что он может понадобиться следующему ее воплощению, или просто тренировалась - черт не знал. Но, несмотря на явное нежелание объекта пригождаться как в настоящем, так и в будущем, усыпила его не каким-нибудь хилым заклинаньицем, а напрягающим массу высших инстанций громоздким и занудным проклятием.