Тут легионеры, которых ожидала неминуемая казнь, если они не доставят царицу во дворец, с утроенной яростью кинупись на бунтовщиков и оттеснили их от носилок. Таким образом Кубалу, оказавшемуся один на один с незнакомцем, никто из его напарников не мог оказать помощи. Вокруг носилок кипела яростная схватка. Гигант, - побледнев от ярости, кинулся на светловолосого, намереваясь задушить его голыми руками. Тот с силой ударил его кулаком между глаз. Нубиец зашатался, как раненый бык, заревел, на его оскалившихся зубах выступила кровавая пена. Собрав всю силу, он с ругательствами и проклятиями бросился на нежданного защитника Клеопатры и с такой мощью рассек воздух своей могучей рукой, что незнакомец был бы убит наповал, если б не успел вовремя отскочить в сторону. В следующий миг он прыгнуя и вцепился в шею гиганта, - но нубиец был так велик, что, кажется, повалить его было невозможно; светловолосый повис на нем, сжимая пальцами горло, не замечая ударов гигантских кулаков нубийца. Сражающиеся некоторое время вертелись кругом, пока нубиец, надеясь задавить противника гигантской массой своего тепа, не бросился на землю. Соперники, хрипя, покатились, расталкивая сражающихся. Нубиец начал слабеть и задыхаться. Наконец он откинулся навзничь, и незнакомец, очутившись наверху, прижал его к земле и упер колено ему в грудь. При этом он обернулся к царице, с пристальным интересом наблюдавшей за схваткой. Клеопатра одарила своего защитника пленительной улыбкой и подняла белоснежную руку. Большой палец ее был опущен вниз, как делает публика на гладиаторских сражениях, требуя смерти побежденного. Тогда незнакомец надавил коленом, и из горла нубийца потоком хлынула кровь, могучее тело изогнулось в агонии, глаза выкатились из орбит и остекленели... В эту минуту в конце улицы показался конный отряд дворцовой стражи. Толпа нападавших, оставив раненых и убитых, бросилась врассыпную.