— Мы все не правы, — произнес он громко.
— А-а! Ты тоже отступаешься от нас, Тарквин!
— Нет. «Недоступно разумению людскому сие сказанное, и мы, люди, должны молчать и покоряться неизбежному». Мы забыли эти слова.
— Книга Очищения, — упавшим голосом проговорил тот, кого назвали Кольбейном, — тысячный аят.
— Да, — сказал Тарквин. — И еще сказано: «И я также свидетельствую всякому слышащему слова пророчества книги сей: если кто приложит что к ним, на того наложит Бог язвы, о которых написано в книге сей; и если кто отнимает что от слов книги пророчества сего, у того отнимает Бог участие в книге жизни и в святом граде и в том, что написано в книге сей».
После этих слов настала тишина.
— Ты верно сказал, Тарквин, — пробормотал Молунг.
Тишина стояла и тогда, когда недоумевающий Чойс отступил от двери и, теряясь в догадках, ушел.
Большую часть времени в первые месяцы своего пребывания на ДеМойре он отводил долгим тренировкам со здешним оружием. Как он и ожидал, Де-Мойр нельзя было назвать планетой технически развитой. Прогрессу здесь не способствовало ни разделение единственного обитаемого континента на многочисленные феодальные владения, ни постоянное присутствие на севере копящихся враждебных сил, и тот уровень, на котором находилась оружейная промышленность, наглядно показывал это. В ходу были арбалеты, катапульты, длинные дротики, мечи. Огнестрельное же оружие находилось в зачаточном состоянии. Здесь использовались лишь так называемые ружья Фаулера с семью пулевыми зарядами и пушки-единороги. Это древнее устаревшее оружие из-за плохого качества производимого здесь пороха было настолько несовершенно, что Чойс даже удивился. Он не мог представить себе, что когда-то предки этих людей прибыли сюда на межзвездных кораблях, преодолев пороги и опасности черных недр Вселенной, смогли обосноваться здесь —! !
и вот, погрязли в древней тьме. Где эти корабли, где мудрые наставления карт и инструкций, где опыт предков? Все забыто. Единственное достижение в области оружейного дела — ржавые мортиры, заряжающиеся гнусным порохом.