— Мари вышла замуж, — мрачным голосом произнес Блэджино.

— Когда? — от удивления Фред даже положил пистолет. — И за кого?

— За хозяина, на следующий день после твоего отъезда. Я вчера звонил, так что точно, — сообщил Блэджино.

— За Коротышку Франца? — поразился Фред. — Да ему же за пятьдесят!

— У него ресторан, — еще более мрачно заметил Блэджино. — Так как, можно руки-то опустить?

— Валяйте, — разрешил Фред. — Садитесь и потолкуем, раз так вышло.

Прежние недруги уселись за стол, налили по рюмочке коньяку, и Сипилло начал:

— Синьор Фердинандо, несмотря на существовавшие между нами трения, вы должны все же признать, что мы никоим образом не мешали вашей коморре обделывать дела…

— И в ваш район не лезли, — добавил Блэджино.

— Тем более нас удивил ваш визит в Париж. Мы тут же навели справки и узнали, что вы не просто едете в Париж, но вы направляетесь к Кустопсиди…

— А в чем дело? — не понял Фред. — Мы в Париже не по делам коморры.

— Вы шутите, эччеленца, — кисло заметил Сипилло. — Вы еще скажите, что незнакомы с Демисом Кустопсиди, будь он трижды проклят, порка Мадонна!

— Знаком, — согласился Фред. — Но кто он, собственно? Я с ним знаком как с секретарем ля Рока — и только.

— Он не знает! — Сипилло в возмущении воздел руки вверх. — Он не знает! Да этот Кустопсиди, пер бакко, руководит парижской коморрой, которая как раз пытается захватить наши рынки! Неудивительно, что мы тут же помчались за вами.

— Да успокойтесь! Ни я, ни Кинг не лезем в ваши дела. Мы не собираемся помогать этому горбуну.

— Ты еще его не знаешь, — покачал головой Блэджино. — Вот послушай, что мы тебе о нем расскажем!..

И братья Риччи, перебивая друг друга, стали повествовать Фреду о злодеяниях элегантного горбуна…