— Вы нашли там мебель или предметы обихода?

— Я сказал — пустоты! — ответил Сидоров, нахмурясь. — Это означает, что, кроме пустоты, там ничего не обнаружено. Никаких следов изделий. Что до атмосферы, то если она на Альтоне и была, то растеряна в космосе миллионы лет назад.

— И после этого вы утверждаете, что Альтону населяли живые и притом разумные существа?

— Да, утверждаю. И в этом суть моих расхождений с Карпентером. Карпентер — величайший из звездопро-ходцев, его призвание — наносить на карту планеты. Колумб звездных миров — вот что это за человек. Но такие мелкие объекты, как живые существа, его уже не интересовали. Если он сталкивался с жизнью на планетах, он добросовестно отмечал ее, и только. Можете мне поверить, я десять лет работал главным помощником этого великого астронавта. Мыслителем он, к сожалению, не был.

— Я все-таки не усматриваю доказательства...

— Подождите. Я не кончил о Карпентере. Он признавал жизнью лишь те ее формы, которые распространены в звездных окрестностях Солнца, мышление, только схожее с нашим. Я же допускаю жизнь, отнюдь не аналогичную нашей, й разум, отличный от человеческого.

— Вы не отвечаете на мой...

Когда начальник экспедиции раздражался, его глаза уже нельзя было считать бесцветными. А он раздражался при малейшем несогласии с ним.

— Я сказал: подождите! То, что я назвал на Альтоне городами, носит явные черты искусственности. Даже эта размытость очертаний... Ведь все остальное на планете выпирает острыми гранями и углами! Города необычны для местного пейзажа, а жизнь, между прочим, везде творец необычайности. Посмотрите сами на эти сооружения, и если вы не признаете в них искусственные механизмы, то я объявлю вас слепыми.