Теперь Роллинг рассматривал пластину в микроскоп. - Она покрыта мириадами микроскопических граней, так же правильно расположенных, как грани на спутниках,- сказал он, поднимаясь.

Окружающие пластину скалы были сглажены еще больше, чем в других местах. От исчезнувших скал на почве остался оплавленный слой, толщина которого местами достигала трех-четырех миллиметров, и расстилающийся кругом пейзаж ослепительно блестел под лучами солнца. Небо, отражаясь в пластине, окрашивало ее в голубой цвет застывшего взбесившегося океана, у которого волны кое-где вздымались на высоту гор.

Внимательное изучение пластины Маоганом и Роллингом показало, что она не могла служить входом в подземный мир. Было видно, что она давно и прочно была установлена здесь, и ничто не могло повредить ее. Когда она уложена? На это не было ответа. Сотни тысяч лет назад, быть может. Но все это было тщательно рассчитано. Плите был придан небольшой уклон, чтобы дождевая вода не скапливалась на ней. Были видны следы эрозии вдоль места слива воды. Но сглаженная скала не обладала такой сопротивляемостью эрозии, что должны были пройти века, чтобы она приобрела свой теперешний вид.

Закончив исследование пластины, Маоган и Роллинг вернулись на базу и сразу же вскочили на флиттер.

Не колеблясь ни минуты, Маоган направил флиттер на юго-восток. Ориентируясь точно по линии спутников, флиттер медленно летел на высоте примерно ста метров. Пейзаж был везде одинаков, кристалловидные горные скалы, насколько хватало взгляда, гладкие и блестящие, отражающие небо. Время от времени отсвечивали красноватым блеском глинистые пласты, яркость которого ослепляла пилота, затем все становилось голубым.