— Какие у вас удивительные обычаи! Если бы и люди так же по-могали друг другу! — у нее на глаза навернули слезы. Скольких бед ей удалось бы избежать, если бы хоть кто-нибудь из деревенских приютил у себя сироту!

— Это не потому, что лишенные дара — злее, хуже нас, нет, это совсем не так! Просто… Горе, кара, беда…они объединяют. А вы счастливее нас. Счастьем делиться труднее.

Тая поражено заморгала глазами. Эта колдунья, одна из тех, кого все называли жестокими, себялюбивыми и мстительными, совершенно искренне жалела ее, и при этом так мягко, осторожно, что это не ранило, не заставляло слезы навертываться на глаза.

— Странно, — прошептала она. — А ведь ты должна ненавидеть лю-дей, презирающих вас, прогоняющих прочь, убива-ющих…

— У вас есть право нас презирать, — Полеся, погрустнев, опус-тила голову. — Мы виноваты перед вами и должны, поколение за поко-лением, расплачиваться за вину предков.

— О чем ты? О легенде про короля-колдуна? Но ведь это лишь легенда!… Нет? Даже если так, почему дети должны платить за преступления родителей?

— Хотя бы потому, что мы хотим сохранить память о прошлом, — совсем тихо ответила маленькая колдунья.

— Неужели то, о чем рассказывает эта легенда, действительно происходило? — Тая нервно повела плечами. Она помнила каж-дое слово — деревенский священник повторял ее всякий раз, когда наказывал кого — то.

Давно, много веков назад, миром правили колдуны, во главе которых стоял их король. Они возвели города, провели ленты дорог, наделили почву плодородием… С людьми же, которые пришли, чтобы жить в их стране, они обращались хуже, чем с животными, словно те вовсе были неодушевленны и создавались лишь затем, чтобы выполнять их желания. Любой из колдунов мог убить человека, не страшась нака-зания, забрать ребенка у матери, чтобы принести его в жертву чер-ным богам…