Катька привязалась к Андрею, ходила за ним хвостиком, а он был беспредельно терпелив, ощутив себя вдруг старшим братом. Дошло до того, что Андрей стал разбираться в длине юбок на текущий сезон. Случалось ему и загонять домой припозднившуюся Катьку, и уговаривать ее выпить горькое лекарство, когда она болела, и решать с ней задачи по физике, и даже читать ее неудобоваримые стихи, что Андрей числил уже в ранге подвига.
Андрей был человеком уравновешенным, в его доме не водилось долгих посиделок, сердечные дела находились в полном порядке, что выражалось в отсутствии оных. Так что Катька ему не мешала. Правда, ее родители подчас обижались на то, что авторитет Андрея признавался в первую очередь. Но ничего особо вредного Андрей девчонке не внушал, потому родители успокоились.
И вот теперь Андрей улетал. Катька не очень поняла, куда и зачем, зато твердо усвоила - далеко и надолго. Практически навсегда. Срок возвращения экспедиции был так невероятно далек, что Катька при всем своем юношеском оптимизме не собиралась жить так долго. И горько плакала, вдруг осознав: Андрея она больше не увидит.
- Ты же все равно что умер для меня! - голосила она.
- Типун тебе на язык. Что ты меня хоронишь раньше времени? Ты же будешь знать, что я жив, у меня интересная работа, я увижу Землю будущего. Радовалась бы за меня! А ты плакать. Прекрати. У меня уже все носовые платки вышли.
Тогда Катька принялась реветь в подол. Андрею стало интересно: сколько слез в человеке? Но Катька уже начала повизгивать и всхлипывать с завыванием. Андрей снова потянулся к сифону. Катька притихла, но столько горя было в ее глазах, что у Андрея холодок прошел по спине.