— Охотно верю, дорогой. И еще раз повторюсь, в обоих пластах твоих намерений нет ничего дурного. Подсознание бога — могучая сила, надо лишь научиться к нему прислушиваться и использовать к вящей выгоде. Ты умеешь. А анализировать свои поступки со временем сможешь более обстоятельно. Пока самое главное выбирать верный путь. Конечно, я пойду с тобой к отцу, мне ведь действительно интересно послушать, что ты натворил в Океане Миров в более подробном и менее развлекательном изложении, — Элия тепло улыбнулась Кэлберту и, откинувшись на мягкую спинку дивана, закинула ногу за ногу.

Ткань обрисовала манящую стройность ножек, приоткрыла узкую лодочку туфли с высоким острым каблучком и изящную лодыжку. Завороженный этим процессом Кэлберт едва не пропустил того момента, как дверь без всякого участия пажей неслышно открылась, и в комнату втекла черная тень.

Принц вздрогнул, но тут же сообразил, что это всего лишь вернулся с прогулки Диад — домашняя зверюшка сестры. Пантера неспешно приблизилась к дивану, внимательно обнюхала Кэлберта, потерлась о руку хозяйки и опустилась у ее ног на ковер. Пират наклонился было, чтобы потрепать великолепного зверя по загривку, но холодный взгляд бирюзовых глаз пригвоздил его к месту. Кэлберт понял, что животное не простит ему таких вольностей и осторожно убрал руку, пока не пришлось расстаться с кистью. Крюк на запястье, не смотря на популярность сего аксессуара в морских байках, не входил ни в ближайшие, ни в отдаленные планы бога. Диад с кажущейся леностью прикрыл глаза и многозначительно зевнул, демонстрируя длинные острые клыки.

— Хм, будто все понимает, — криво улыбнулся мужчина.

— Конечно, он все понимает, — спокойно откликнулась принцесса, пират недоверчиво выгнул смоляную бровь. Усмехнувшись скептицизму брата, Элия снисходительно указала: Гляди!