Аурико Рисос оказался симпатичным индейцем средних лет, говорившим на прекрасном французском с парижским акцентом. Фухе угостили кофе, и гостеприимный хозяин начал:

— Мы рады приветствовать вас, комиссар Фухе. Вольно или невольно вы оказали нам огромную услугу, уничтожив двух главных агентов империализма в Парагвае. Теперь нам станет легче работать — вся полиция ищет только вас, и у нашего Фронта появилась свобода действий. К сожалению, ваши поиски, насколько мне известно, были не столь удачны.

— Увы, — вздохнул Фухе.

— Наше руководство всегда любило футбол. Я сам в молодые годы играл центральным нападающим в сборной страны. Поэтому и нас волнует судьба Богини. К сожалению, мы также не знаем имени того, кому она была передана людьми Висбана, но зато мы можем преподнести вам небольшой подарок.

Аурико Рисос вынул из небольшого сакквояжа нечто темно-желтое. Фухе всмотрелся и обомлел.

— Да, вы не ошиблись, — улыбнулся Рисос. — Это пьедестал от Богини. Его отпилил один из людей Чертиведо, пользуясь тем, что Висбан никогда не видел Богиню и не мог сразу понять, что к чему. Прошу вас, комиссар, возьмите этот небольшой сувенир из Парагвая…

Не прошло и трех дней, как Фухе, загорелый, окрепший и полный оптимизма спускался по трапу «Каравеллы» в родном аэропорту. Прямо у трапа его встретил верный Габриэль Алекс, поспешивший врулить комиссару вместо букета цветов большую кружку пива.