Ариша придирчиво осмотрела его с ног до головы. Прыснула.

- Не боишься простудиться?

- Никак нет! За крокодила, любимца публики, не пощажу живота своего… - с мрачной иронией присягнул Саша. - Да здравствует Древний Египет, наше светлое прошлое!

Они вгрызлись в черную, комковатую почву еще на сантиметр, когда в кармане Сашиной куртки задребезжал мобильник.

- Ты сейчас где? - спросила Леля, в ее голосе сквозили стервозные нотки.

- На работе.

- А точнее?

- Ha тепличном комбинате «Заря». Улица Красных танкистов, строение два. Во дворе.

- Это же… это же хрен знает где! Как тебя туда вообще занесло?

- Я же тебе сказал, я на работе.

- Чтоб тебе так платили, как ты там уродуешься!

- Ты же этого сама хотела. Разве нет? - сказал Саша безразлично.

- Ты не ответил, что ты там делаешь.

- Хороню крокодила.

- Что-о-о? - в этом тяжелом «о» переливалась целая гамма чувств, ни одно из которых не способно было сделать жизнь прекрасней.

- Хороню… Послушай, долго объяснять. Все равно по телефону ты не поверишь.

Присевшая на корточки Ариша громко чихнула. Потом еще раз. Ее шапка рывком сползла на брови, а потом и на переносицу.

- Кто там у тебя чихает?

- Моя коллега Арина… Ивановна.

- Ты еще скажи, она старая и уродливая, - злобно бросила Леля.

- Этого я говорить не буду. Потому что это неправда.

- Ну, как знаешь, - загадочно изрекла Леля и повесила трубку.

- Ты слышала? - спросил Саша. Тишина вокруг стояла такая, что это было бы немудрено. Саша даже различал, как в далекой будке почесывает за ухом барбос.