Муфель бесстрастно глядел на него своим черным оком. Валя вспомнил напоминание профессора, через силу встал, закрыл задвижку и включил обогрев.

И тут же испугался чуть не до обморока. "Что, если этого делать не надо? Нельзя? Выключить? А вдруг еще хуже? Я могу погубить явление..."

Голова шла кругом, он взывал к стенам, к человечеству. Но не было в лаборатории - что там, во всем мире! - ни ответа, ни опоры. Он уже был готов просить совета, хоть какого-нибудь, хоть глупого, у Светки, чье личико теперь выражало одно только любопытство. Лишь бы только разделить ответственность...

И тут он услышал в коридоре знакомый голос. Валя вскочил. "Сережка! Вот хорошо, он физик..."

- Сережа! - позвал он. - Сережа!

Тот сразу влетел, будто только и ждал приглашения.

- Ну как, алхимики? - его голос излучал лукавство. - Что-то лица у вас какие-то придавленные. Муфель летал, да? Это пустяки, я в одной редакции статью читал, неопубликованную, конечно, так в ней описывался факт полета гробов в одном семейном склепе...

- Так тебе рассказали...

- Хм! Нет, брат, никто мне ничего не рассказывал. Не пучь так глаза выстрелят... Неужели вы ни о чем не догадались? Ну, знаете... Ха-ха-ха...

Он залился смехом, и чем недоуменней выглядели Валя и Света, тем сильней забирал его хохот. В восторге он шлепал себя по коленям, показывал на ребят пальцем, сгибался в три погибели и смеялся, смеялся - искренне, до слез.

- Да это же... Да муфель... - смех мешал ему говорить. - Ведь я его поднял! Из своей лаборатории! Электромагнитом... Ха-ха! Спроста, что ли, я завел тогда разговор...

Ответом было молчание, такое выразительное молчание, что Сергей разом оборвал смех.

- Что, склянку какую-нибудь раздавил? Простите великодушно: погрешность расчета... Я ведь даже насчет часов проверил, чтобы не повредить... А здорово выглядела "жирафа"? Сознайтесь! Да что вы на меня так смотрите?