Конечно, это длилось недолго. Постепенно вторая банда догадывалась о его предательстве и начинала преследовать Майлса. Ситуация становилась опасной для выживания, и поэтому единственно реальным способом сберечь свою шкуру была продажа информации обеим сторонам. Это делало его важным для двух банд – или для трёх, для четырёх, для всех, что имелись в районе Чтобы скрыть огрехи своей запутанной лояльности, ему приходилось быть в курсе всего, что происходило в бандах.

Но и этого было недостаточно Бандиты защищали свои источники информации, но не уважали их. В тс дни таких парней, как Майлс, называли «педиками», и всякий раз, когда громилам хотелось покуражиться, они унижали и подвергали пыткам своих содомитов. Они устраивали «педикам» опасные и постыдные проверки на верность – почти как в полиции КРК.

Унижение и контроль.

Когда Майлсу исполнилось десять лет, он уже знал, как вести себя в бандах. Это было легко: слово или два в нужном месте, без излишней настойчивости и не слишком явно. И тогда тс куски дерьма, которые унижали или запугивали его, находили свою гибель. Банды могли презирать своих «педиков», но они многое теряли, позволяя другим отщепенцам позорить их источники информации.

Майлс нуждался только в одном – чтобы его голову не совали в петлю. Ему требовались твёрдые гарантии, и никто из рядовых бандитов не должен был знать, что он работал на несколько сторон одновременно.

Вот почему могущественный Уорден Диос и его бесценный Хэши Лебуол – не говоря уже о ханже Мин Доннер – поступили с ним плохо Они не знали, во что им обойдётся такое отношение. Они считали, что если начистят ему нос о тёрку своей власти и заставят его почувствовать себя избитым и обгаженным, то Майлс согласится сунуть голову в петлю.

А он ни секунды не сомневался, что петля реальная. Если планы Диоса и Лебуола не сорвутся и их ручной киборг доведёт свою программу до конца, то на Малом Танатосе вряд ли останется много уцелевших А Майлсу не хотелось оказаться в числе жертв.