Не было ее и на всем звездолете. Поэтому ему удалось забиться только в самый дальний угол лаборатории. Он тряс головой и передними конечностями, скалил зубы, рычал, но постепенно убедился, что голый капитан звездолета не имеет враждебных намерений. Все это время кинокамеры бешено снимали, запечатлевая для поколений первую в этой галактике встречу между двумя великими цивилизациями.

Гость очень быстро привык к экипажу. Поначалу он разгуливал по звездолету и с любопытством всюду совал свой нос, что весьма обеспокоило начальника охраны: уж не шпион ли этот посланец? Делает мол вид, что ничего не понимает, а сам с помощью своей шерстяной антенны передает и передает сведения... Однако его успокоила деликатность шпиона, который избегал прикасаться к многочисленным приборам. Начальник охраны, конечно же, не мог предположить, что добродушный Топси рос в лабораториях и институтах и прекрасно усвоил, что ему строго-настрого запрещено трогать блестящую аппаратуру. Но с течением времени от деликатности Топси не осталось и следа, потому что сколько обезьяну не обучай и не воспитывай, она остается обезьяной, а уж если окружить ее любезным вниманием, то вообще склонна ходить на голове. В конце концов Топси перестал стесняться и теперь нажимал на разные кнопки, вертел ручки и совал свой нос туда, куда никому соваться не следует, так что пакостей, вызванных его невежеством, становилось все больше. Поэтому не только начальник охраны вздохнул с облегчением, когда пришел приказ не спешить связываться с Голубой планетой, а возвращаться обратно и взять с собой ее представителя. Конечно, если он того пожелает. Ученые долго втолковывали Топси с помощью чертежей, фотографий, знаков и слов, спрашивая его согласия, покуда гость не закивал нетерпеливо головой и ответил: кхе-кхе-кхе.

***

Встреча звездолета „Р—109" вылилась в невиданный праздник.